ortnit (ortnit) wrote,
ortnit
ortnit

Categories:

Авары. Великие и ужасные. Ч. 10

1
2
3
4
5
6
7
8
9
Судьбы империй (окончание)

Пока Ираклий и Тон-ябгу-каган, которому император обещал в жены свою дочь Евдокию (ох, обрадовалась, наверное, девочка, выросшая в великих античных городах, что ее отправят в степи Семиречья!) осаждали Тифлис, а гордые и неполиткорректные грузины издевались над монголоидностью вождя тюрок, кровный враг рода Ашина, потомок свирепых жужаньских владык, Потрясатель Вселенной, Владыка всякого народа, просто Каган II готовился к главному предприятию своей жизни. 29 июля 626 года он привел очередное несметное войско под стены Константинополя. Осада была подготовлена по всем правилам: предместья были выжжены и разорены, к стенам подвели передовую осадную технику, морская пехота из словен должна была на однодревках обойти стены с моря и ударить с тыла, персидский полководец Шахрвараз подошел к Халкедону, на противоположном берегу Босфора. Однако, все было тщетно. Одна из главных битв истории была выдержана византийцами. Вот как описывает эти события патриарх Никифор: «Авары собрались взять Византию и сразу же подожгли все предместья. Итак, как бы поделив между собой Фракийский Боспор, персы захватили его азиатскую часть, авары уничтожали Фракийскую область. Другими словами, авары намеревались захватить Византию и подготовили механические стенобитные приспособления. Там были и деревянные башни и военные машины „черепахи". Но после того как они пододвинули машины к стене, божественная сила неожиданно их разрушила и находящихся на них аварских воинов истребила. И так как множество склавинов следовало вместе с аварами и действовало в союзе с ними, они дали им знак, чтобы, как только они заметят факелы, зажженные на передней стене Влахерн, именуемой птерон (крылом), они сразу же подошли туда на лодках-однодеревках, чтобы вплавь пробраться, взволновать город, и чтобы авары могли смело броситься со стен внутрь города. Это стало известно патрикию Бону (патрицию Воносу), и он снарядил двухрядные (диэры) и трехрядные (триэры) весельные суда и в том месте, где был подан сигнал, вооружившись, пристал там. И также послал диэры к другому, противоположному берегу. И приказал сразу же дать огневой сигнал. Увидев знак, склавины от реки, именуемой Барбисс, устремились и пошли по направлению к городу. Те же налетели на них, загнали их в середину и сразу же опрокинули, так что и морская вода сильно закрасилась кровью. Среди трупов убитых оказались и склавинские женщины. Увидев это, все варвары отказались от осады и возвратились к себе домой». Осада продолжалась всего 10 дней.
Если не ошибаюсь, это самое раннее упоминание славянских поляниц в письменных источниках. Но, для нас оно важно не только этим. Любопытно, что в более поздней традиции, которая явно восходит не к Никифору или «Пасхальной хронике», события 626 г. упорно связываются… с русью. Точнее с тавроскифами, которых отождествляют с русью, начиная со второй половины Х века. Наиболее ранним источником, который связывает тавроскифов с этими событиями, является старогрузинская хроника Тифлисского собора, датируемая рубежом Х-XI вв.: «Осаждавшие в 626 г. Константинополь скифы были русские, государь которых назывался хаканом». В XII в. о русах под стенами Константинополя сообщает в своей «Всемирной Хронике» Константин Манассия называет славянских моряков «тавроскифами».
Если в грузинской традиции явно перепутали аваров и русь, которых греки называли «скифами», а правитель которых назывался каганом (титул этот, как наверняка помнит читатель, впервые зафиксирован по отношению к Руси в 839 г. Бертинскими анналами, а последний раз упоминается в «Слове о полку Игореве»), то сообщение Константина Манассии более интересно. Здесь не все осаждающие отождествляются с русскими, а только та часть войска, что должна была действовать с моря. К той же традиции восходит явно и известие Хронографа западнорусской редакции XVI века: «Персидский же воевода Сарвар подступил к Царствующему граду спереди. Тогда же подошел к стенам и скифский каган со множеством воинов. К ним присоединились полководцы таврийских скифов с бесчисленным множеством свирепых воинов в деревянных ладьях, закрывающих собой море…».
Любопытно, что по крайней мере часть «склавинов» в войске, осаждающем Константинополь, была независима политически от кагана аваров. Именно об этом говорит западнославянский Хронограф. Феофан так описывает действия противников накануне осады: «[Хосров] послал Сарвароса с остальным его войском на Константинополь, для того чтобы он заключил союз западных гуннов, которых называют аварами с булгарами, славами и гепидами и чтобы они выступили против города и осадили его». С.В. Алексеев трактует эту фразу так, что дипломатам Шахрвараза пришлось мирить аваров с их подданными. По крайней мере отчасти так оно и было. За несколько лет до заключения союза с персами на западе каганата произошли события, которые стали первым звоночком грядущих перемен – восстали словене.
Около 623 г. на западных рубежах уже было неспокойно. Купец Само, толи славянин, толи франк из Санского округа (галло-римлянин?) по мнению разных исследователей, подбил других франкских купцов отправится к словенам/винидам/вендам, среди которых уже началось антиаварское восстание. Обратимся к «Хронике» Фредегара: «Венды были долгое время поданными гуннов, которые использовали их как befulci. Когда бы гунны не выступали против других народов, они стояли у лагеря в строю, готовые к бою, пока сражались венды. Если венды побеждали, то гунны бросались вперед за добычей, но если венды терпели поражение, то гунны поворачивали их и вновь заставляли вступать в битву. Венды звались гуннами befulci, потому, что они дважды начинали атаку в боевых порядках, и таким образом, прикрывали гуннов. Каждый год гунны зимуют со славянами, спят с их женами и детьми, и вдобавок славяне платят дань и терпят много других тягот. Сыновья, рожденные от гуннов славянским женами и дочерьми однажды нашли это постыдное унижение нестерпимым, и поэтому, как я сказал, они отказались подчиняться своим господам и подняли восстание. Когда они выступили против гуннов, Само, о котором я говорил, пошел с ними, и его храбрость вызвала их восхищение: удивительно много гуннов пало от меча вендов. Признав его заслуги, венды сделали Само своим королем, и он правил ими 35 лет. Несколько раз они, под его руководством, воевали с гуннами, и его благоразумие и храбрость всегда доставляли вендам победу. У Само было 12 вендских жен, которые родили ему 22 сына и 15 дочерей».
Тут следует несколько слов сказать о том, что творилось на западе Аварского каганата после аварского нашествия на Фриуль. Нападение Кагана II на старинных союзников его предшественника неизбежно должно было отразиться на отношениях Длиннобородых с Империей. Лангобарды заключают мир с Ираклием, а также заключают союз с франками и баварами, направленный против общего врага – аваров. Ок. 610 года умер старый герцог Тассило. Его сменил сын Гарибальд, женатый на дочери той самой фриульской герцогини Ромильды. Приблизительно в тоже время, когда авары осаждали Форум Юлия, словене напали на Баварию и разорили ее земли и осадили в Иннихене самого герцога. Не сразу, но баварам удалось изгнать словен. В 612 г., когда король лангобардов Агилульф заключил повторно мир с франками и ромеями, словене вторглись в Истрию. Как видим, под властью аваров западные словене, занимавшие старые приальпийские провинции Рима, развивали бурную активность, нападая на своих соседей. Как мы помним, авары в это время были заняты наступлением на Далмацию. Вероятно, нападение на Истрию было частью этой военной компании.
В этих походах, весьма успешных для словен, крепла их солидарность и самосознание. Ничто так не способствует рождению народности, как успешный грабеж соседей. По мере того, как знать западных словен укрепляла свое положение, ее неизбежно должна была удручать необходимость подчинения аварам. Следует также помнить, что словене попали в зависимость относительно недавно, лишь в конце VI века. И планировались их отношения с каганом, как равноправное партнерство. Авары же соблюдали дипломатичность лишь тогда, когда не имели других возможностей достичь желаемого. Сведения Фредегара о западных словенах и русского летописца о дулебах со всей наглядностью демонстрируют характер отношений кагана и аваров со своими славянскими подданными. А начиналось все с суровых надсмотрщиков за строительством речного флота у Сирмия. К 620 г. политика нового кагана дала свои плоды – словене готовы были восстать. Центром движения стали земли на Среднем Дунае, в районе Чехии, но охватывали они куда большую территорию.
В литературе высказывалось весьма взвешенное мнение, что Само и его коллеги пришли к восставшим словенам торговать оружием. В ходе восстание франкский купец отличился, примкнув к борцам за свободу или к бунтовщикам (кому что больше нравится). И в итоге торговец оружием стал «королем вендов». Весьма вероятным будет предположить, что осложнения на Западе стали тем фактором, который способствовал заключению соглашения Кагана II и Ираклия накануне Восточного похода императора. Итогом восстания стало создание очень немаленькой державы, которая включала в себя огромные пространства современных Словении, Австрии, Чехии, Словакии, а потом еще и земли лужицких сербов. М. Жих убедительно связывает с этой державой миграции сербов и хорватов на Балканы, которое традиция также связывает с правлением Ираклия, но это имело место чуть позднее.
Успешное восстание западных словен не могло не отразиться на отношениях аваров со словенами восточными, а также другими народами Аварского каганата. В связи с этим особенно интересно, что Шахрваразу/Сарвару, по всей видимости, пришлось мирить Кагана II с болгарами. В «Бревиаре» патриарха Никифора сообщается о прибытии к Ираклию некоего «гуннского» вождя: «Прошло некоторое время, и государь гуннского народа вместе со своими правителями и дорифорами прибыл в Византии, домогаясь у императора, чтобы принять христианство. Тот же охотно его принял и ромейские архонты были восприемниками гуннских архонтов, а их жены — гуннских жен, и их окрестили в божественной купели. И также они были одарены императорскими дарами и были наделены званиями. Император удостоил саном патрикия их игемона и благосклонно отпустил [их] в гуннскую страну». По какой-то, не очень понятной для меня, причине этого вождя отождествляют с основателем Великой Болгарии Кувратом или его дядей Органой. Однако, сам Никифор через некоторое время сообщает о союзе Куврата с Ираклием, но ни словом не обмолвился о его прежних контактах с императором, тем более о крещении. В тоже время, Иоанн Никиусский рассказывает о крещении Кетрадеса, племянника Куернака, который был крещен, рос в Константинополе и получил от Ираклия сан патрикия. Речь явно идет об одном и том же человеке, но человек этот не может быть Кувратом Болгарским. Однако, для нас важно, что на Балканах в интересующий нас период вдруг появляется «гуннский» вождь, ориентированный на Константинополь. Это объясняет, почему Шахрваразу пришлось договариваться не только с аварами и словенами, но и болгарами (а также с гепидами!).
Поздние хроники, как мы видели, свидетельствуют, что словене Нижнего Подунавья («тавроскифы») были также независимы от Кагана II. Их вожди примкнули к аварам и персам по собственной воле. Это подтверждается событиями, развернувшимися под стенами Константинополя. После неудачной попытки нападения с моря, Каган впал в ярость и приказал казнить тех морских пехотинцев, которые выжили после морского сражения. И. Коломийцев использует этот эпизод, чтобы показать зависимость словен от аваров и то, что каганат не потерпел ущерба в своих основных, аварских, силах. На самом деле, все было несколько иначе, чем ему представляется. Убийство воинов, доблестно сражавшихся с ромеями и стихией в неравных условиях, стало последней каплей славянских воинов. Они покинули лагерь, после чего и самому кагану не оставалось ничего другого. Гнев наследника Баяна окончательно сломал то, что еще сдерживало подчиненные народы власти аваров. Последующая история этого народа сведется к попыткам спасения державы, постоянным междоусобицам и борьбой за выживание. Утрата контроля над балканскими славянами отрежет каганат от Константинополя, в следствии чего их имя все реже будет встречаться на страницах греческих хроник.
Несколько слов следует сказать также о других участниках этой удивительной войны, продолжавшейся уже более 20 лет. Ираклий, узнав о действиях персов и аваров, не стал прерывать свой Восточный поход. Он был уверен, что укрепления Константинополя и большой гарнизон выдержат осаду. Для поддержания духа осажденных император ограничился отправкой небольшой части своей полевой армии на помощь жителям столицы. В тоже время Ираклий знал, что судьба войны и империи решится не во Втором Риме. Наконец, не стоит забывать, что еще недавно он всерьез рассматривал планы переноса столицы в Карфаген (если центр империи перенесли с Тибра на Босфор, то почему нельзя провернуть этот фокус еще раз?). Так что, город на Босфоре не слишком беспокоил молодого императора.
Ираклий двигался из Закавказья к Ктесифону, столице Ирана. Он не только разбил войска, посланные ему на встречу, но и победил в бою персидского военачальника Ризату. Успехи ромейского оружия 625-627 гг. привели персидскую знать к заключению, что Хосров более не может править. Его уморили голодом при участии сына, который и стал следующим шахиншахом. В Иране началась череда смертей. За два года сменилось 5 царей: за Хосровом последовали Широе, Кавад, Ормизд и Ардашир. Все они стремились заключить мир с Ираклием, а тот с радостью принимал предложения. Наконец, Шахрвараз, все еще действующий в Малой Азии, узнал о том, что творится в Иране и решил занять престол. Он договорился, что Империя вернет все, что у нее отнял Иран за годы войны, а также возместит все потери (Хосров скопил за счет добычи несметное богатство за 27 лет!). Перед смертью Хосров хотел казнить Шахрвараза за неудачную осаду Константинополя. Полководец узнал об этом от ромеев, перехвативших вестника с приказом. Шахрвараз добавил к своему имени всех значимых офицеров своей армии и повернул войско против Ирана. В 630-м он стал царем, но всего через полтора месяца был убит по приказу дочери Хосрова. Его сын и дочь приняли православие и заняли важные места при дворе Ираклия. Иран продолжал сотрясаться цареубийствами еще несколько лет, пока царем не стал юноша, внук Хосрова, Йездигерд III.
Тюрки, между тем, не довели дело до конца. Они оставили Ираклия зимой 627 г. В 630-м г. союзник императора Тон-ябгу-каган был убит своим родичем, после чего Западно-тюркский каганат погрузился в междоусобицу двух племенных группировок Дулу и Нушиби. Эта борьба, в которую периодически вмешивался Китай, продолжалась с перерывами до 704 г., когда Западно-Тюркский каганат прекратил свое существование. Пользуясь борьбой на западных рубежах этой кочевой империи освободились болгарские племена оногуров, кутригуров, утигуров, объединившись под властью Куврата, вождя племени унногундур. Куврат происходил из рода Дуло. Наши сведения о приходе его к власти не слишком внятные, но судя по всему сначала Куврат признал власть аваров, что стало больщим успехом для ослабленного Аварского каганата. Каган II прислал к болгарам какое-то количество своих людей, но приблизительно в 634 г. Куврат освободился от власти аваров. Патриарх Никифор так пишет об этом: «В те же самые времена восстал вновь Куврат, родственник Органы, государь гунно-гундуров, против аварского хагана и весь народ, который находился вокруг него, подвергая оскорблениям, прогнал из родной земли. [Куврат] прислал послов к Ираклию и заключил с ним мир, который они сохраняли до конца своей жизни. И Ираклии послал ему подарки и удостоил его сана патрикия». Так было положено начало недолговечной степной державе «Великая Болгария», которая не пережила своего основателя.
Пока мир сотрясался войной между Империей, Ираном и их союзниками, никто не заметил одно малозначительное событие, случившееся в глубинах Аравийского полуострова. В 622 г. проповедник нового учения, которое потом получит название «ислам», был вынужден бежать со своими сторонниками (мусульманами) из города Мекка в город Медину. Потом это назовут «хиджрой» и будут отсчитывать от нее годы новой эпохи. В 630 г. мединцы и мусульмане разбили после долгой войны многобожников из Мекки и заставили их принять ислам. К 632 г., когда умер новый пророк, большая часть арабских племен уже приняла новую веру. Родилась новая держава и новая цивилизация – Арабский халифат. К 638 г. арабы завоевали Месопотамию, а к 651 г. было окончено завоевание Ирана. Одновременно арабы наступали на Империю: в 634-638 – Сирия и Палестина, в 642 – Египет, к концу столетия арабы покорили весь север Африки и стали господствовать в Средиземном море, владея Кипром, Критом и разоряя Сицилию. Буквально за несколько лет арабы отняли у ослабленных великих держав их богатейшие провинции, а Иран и вовсе завоевали. Это было началом новой эпохи. Кто мог подумать об этом, когда около 628 г. Мухаммед прислал своих послов ко дворам Хосрова, Ираклия, а также их наместников с предложением принять новую веру. Большинство адресатов вежливо послали послов новой религии домой. Хосров приказал повесить проповедника. Лишь наместник шахиншаха в Бахрейне по преданию принял новой религию. Тогда сильные мира сего, наверное, посмеялись выслушивая посланцев какого-то Мухаммеда из какой-то Медины.
Но, в 630 г. Ираклий был еще силен. Иран был у его ног. Авары ушли в свои задунайские кочевья, зализывать раны. Их нужно было также отучить осаждать столицу Империи. Согласно легендам, которые приводит в своем трактате император Константин Порфирородный, Ираклий решил использовать против аваров славян. Вероятно, он наладил контакты с Само, победоносным «королем вендов». Во всяком случае, хорваты и сербы, которых император призвал на Балканы, входили в том числе и в состав Королевства Само. Хорваты оттеснили аваров из Далмации, а сербы – из Иллирика. К концу правления Ираклия, умершего в 641 г., Балканы оставались все еще потерянными для ромеев, но авары были вытеснены в Паннонию и Потисье.

Продолжение следует...
Tags: Византия, Рим и варвары, авары, лангобарды, славяне, словене, тюрки, франки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments