ortnit (ortnit) wrote,
ortnit
ortnit

Categories:

Анты и их потомки в VII-IX вв. Ч. 4

1
2
3
Эпизод третий. Новая надежда
Планировалось, что предыстория займет всего-то два поста, но как-то не получилось просто перечислить события, а хочется удержать масштаб (2.5-3 страницы А4 в сутки), поэтому выбились маленько из графика. Да что там! О графике теперь можно забыть. Впереди нас ждет целых 10 страниц А4 только чтобы завершить КРАТКИЙ обзор событий VI в. А сейчас, мы только подбираемся к второй половине VI в.
Ромеи не только отбивали атаки антских и словенских «выкингов». Они еще и налаживали экономические связи. Повадились к ним ходить охочие до наживы торговцы. И вот, однажды, году эдак в 545-м один такой предприниматель бродил со своим товаром по лесам ипотештинских словен. Бродил-бродил и набрел на юношу. Юноша тот был антом, но после войны 537 г. попал в плен и пребывал в положении раба. Рабство у словен и антов, по сравнению с классическим рабством древних греков и римлян, было скорее символическим, но малоприятным. Раба звали Хильбуд. Вероятно, мальчишку назвали в честь грозного полководца, однако парень славы и удачи римского военачальника не унаследовал.
Торговец наш был парень не промах и свою удачу он решил использовать по полной программе. Хильбуд-военачальник в ходе своей последней неудачной экспедиции за Дунай не просто был разгромлен. Он пропал без вести. То есть, мертвым его никто не видел. А тут реально Хильбуд. Реально за Дунаем. Почему не рискнуть и не выбраться из мелких торговцев в большие люди, которые с императором за одним столом сидят. За героя Дунайских войн уж точно социальный статус повысят и милостями не обделят! Сказано – сделано. Раба купец выкупил и зачем-то потащился на его родную антскую землю. Попав на Родину, Хильбуд заявил, что по международному праву, действующему между словенами и антами, он теперь никому ничего не должен и является свободным человеком. В конце концов, дело закрутилось настолько, что привело к переговорам на международном уровне – было положено начало полноценным дипломатическим отношениям между антами и Империей. Причем, ромеи зашли с козырей. Они решили сделать из антов натуральное государство у своих северных границ, чтобы те защищали Дунайскую границу от всяких бесноватых. Далее, процитирую сам себя: «Проект предполагал массовое переселение антов на Дунай, восстановление заброшенной римской крепости Туррис как столицы антов и создание Антского королевства в качестве федерата Империи, получающего ежегодные субсидии. Хильбуд должен был стать соучредителем совместного предприятия и залогом будущего союза. Таким образом, анты должны были встраиваться в единую систему безопасности, западными элементами которой уже были королевства лангобардов в Паннонии и гепидов в Трансильвании. В условиях затягивающейся войны в Италии такая дипломатическая победа была бы для Юстиниана подарком судьбы». При дворе Юстиниана, судя по всему, также подумывали сыграть на том, что Хильбуд-ант должен строить из себя Хильбуда-героя, но тут вмешался излишне честный высокопоставленный чин, лично знавший Магистра Милитум Хильбуда. Он начал вопить, что «герой» не настоящий и дни бывший словенский раб закончил в безвестности в столице мира, Константинополе. Что там дальше случилось, не очень понятно. Видимо, в такой обстановке было не комильфо выдвигать Хильбуда-анта на роль соучредителя варварского королевства у границ империи, поэтому проект свернули, антов не переселили, но дружбу с антами не испортили. Юстиниан получил титул «Антский», потому что победил старого врага силой своей дипломатии и щедрости, а антские богатыри потекли в ромейские армейские формирования, воюющие в Италии и на Ближнем Востоке. Некоторые из них делали успешную военную карьеру, как таксиарх Дабрагез, сын которого уже получил ромейское имя "Леонтий", что указывает на крещение его отца.
Как и прочие политические образования такого рода, Антский союз держался на общем интересе – оборона своих земель + грабеж чужих земель. Обороняться, прямо скажем, было в то время не от кого. А объектом грабежа была Империя. Теперь был союз, главные скрепы рухнули. Анты больше за зипунами через Дунай не плавали. Однако, как ни странно, верхушка антского общества не только сумела сохранить организацию, но, судя по всему, даже укрепить ее. Способствовали этому те самые денежные вливания в антскую экономику со стороны Царьграда. Анты получали золото за то, что не грабили Империю. По идее, они должны были препятствовать это делать и другим народам, но тут что-то не работало. В общем, определенные лица теперь контролировали денежные потоки, идущие из Константинополя в Поднепровье и распределяли его среди товарищей рангом ниже. Таких людей надо знать в лицо, и мы их знаем!
Через несколько лет после описываемых событий антам пришлось сразиться с грозным соперником – аварами. На переговорах и во время боевых действий (об этом прямо не говорится, но можно догадаться) Антский союз представляло семейство, состоящее из некоего Идаризия и его сыновей Келагаста и Мезамира. Точнее, упоминается только последний, но то, как его представляют наши письменные источники для осведомленной ромейской читательской среды (Мезамир брат Келагаста и сын Идаризия) намекает, что и сам он, и его ближайшая родня были широко известны в узких правящих кругах Империи. Очевидно, именно Идаризий завязал на себя контакты с Юстинианом, а Келагаст стал его преемником. Мезамир не успел – его убили, но убили за то, что он был очень влиятельным человеком.
Тут перед нами открывается окно в иной мир. Мы можем более-менее ясно представить, что из себя представляла организация Антского союза. И представляло оно вовсе не какое-то «княжество». Судя по всему, в тот период, как мне представляется (а до этого представлялось С.В. Алексееву), анты еще не доросли до того, что сегодня политическая антропология называет модным словом «вождество». Скорее это ближе к советскому понятию «военная демократия». Семья Идаризия была влиятельная, но еще не достигла того уровня, когда их можно назвать «королями». Племен у антов было «бесчисленное множество». Везде были свои вожди. И едва ли власть их была наследственной. Однако, контроль над распределением ромейских субсидий должен был выдвинуть Идаризия и его сыновей из среды прочих вождей на новый уровень. И если бы все шло своим чередом, то скорее всего им бы удалось превратить коалицию племен в нечто большее. Но, не случилось.
Между тем, западные соседи антов таки сделали следующий шаг по пути государственного развития. Письменные источники называют единоличного правителя дунайских словен – Добряту, который был настолько крут, что послал куда подальше аваров и даже казнил их послов (и этом после неудачной для могучих антов войны с аварами!), а позднее его сменяют «рикс словен» Мусокий и его «воеводы» Ардагаст и Пейрегаст. А на Волыни возникает первая славянская крепость – град Зимно, что тоже как бы намекает на серьезность сложившихся в этом крае политических связей. Мое мнение относительно характера власти семейства Идризия основывается лишь на том, что антских вождей письменные источники никаким титулом не наделяют, в отличие от словенских лидеров, где и иерархию можно проследить (наверху «риксы», ниже «воеводы») и предполагать институт наследственной власти (именно наличие такой формы правления подразумевает германский титул «рикс»). В общем, как и ранее, я полагаю, что антские лидеры были скорее «президентами», чем «князьями».
В 550 г. начинается серия масштабных вторжений словенских армий или орд на балканские провинции. Возможно, что изначально за этим стоял остгосткий король Тотила, который сумел оттянуть гибель своего народа на какое-то время. К словенам присоединились кутригуры. Вместе они разоряли Фракию и Иллирик до 552 г., демонстрируя при этом высокий уровень военного дела и способность громить ромейские войска как в открытом бою, так и при осаде крепостей. Все, что мы знаем об этой войне настолько не похоже на то, что пишет ПсевдоМаврикий Стратег о славянском военном деле, что по неволе задумываешься: «А о каком времени это вообще написано?». Куда больше хрестоматийное описание безоружных славянских чингачгугов это напоминает времена Хильбудия, когда ромеи регулярно гоняли словен по лесам и болотам, а те устраивали засады.
Что касается антов, то они вообще никак не проявили себя в годы Первого нашествия 550-552 гг. Полагаю, что ромейские транши золота они воспринимали как плату за то, что анты не будут грабить Балканы вместе с родственниками. Но, вскоре им стало и вовсе не до имперских проблем. В Поволжье объявилась новая кочевая орда – авары. И вся система международных отношений от Среднего Подунавья до Дагестана, много лет выстраиваемая римскими императорами, полетела к чертям. Одно их имя жутко напугало савиров, доминирующих в степях будущей Хазарии. Савирская орда подчинилась без боя пришельцам во имя одной только репутации аваров, когда-то давным-давно изгнавших савирских предков с Востока. Авары наладили тайные отношения с персами, а аланы помогли им завязать отношения с Константинополем. В предкавказских степях авары относительно тихо сидели несколько лет. Их вождь – каган Баян – давал отдохнуть своему народу, копил силы и готовился перекроить геополитическую карту Европы. Но, он боялся – за спиной его собиралась грозная туча – великие тюрки строили грандиозную империю в степях Евразии и жаждали крови аваров, своих прежних господ. От тюрок авары бежали через полконтинента и хотели бы бежать еще дальше.
Между тем, в 559 г. им подвернулся случай улучшить свое положение. Вождь кутригуров Заберган решил повторить успех 550-552 гг. Он заключил союз со словенами и обрушился на Фракию, дойдя до самых Длинных Стен, где его вторжение сумел отразить героический полководец Велизарий. Все силы Империи съедала Готская война в Италии, поэтому с Заберганом решили расправиться руками его недруга – Сандилха, вождя другой праболгарской орды, утигуров. Дважды просить не пришлось и утигуры обрушились на не ожидавших удара кутригуров. Война затянулась, кутригуры проигрывали и попросили защиты у аварского кагана. Аварам только повод дай создать мировую кочевую империю. Они сокрушили утигуров, то есть нарушили договор с Империей, напав на их союзников, но также подчинили себе кутригуров, у которых сил для сопротивления кагану уже не осталось. Авары, вчерашние беглецы, нежданно – негаданно подчинили огромные территории от Волги до Дуная.
Империя была в шоке. И не она одна. Анты, привыкшие к кутригурам и утигурам, впервые со времен гуннов оказались перед лицом такой опасности. Но, анты были бравые парни. И не желали терпеть «Дамоклов меч» над своей шеей. На то, что именно по инициативе антов началась последующая война с аварами, намекают слова нашего источника о надеждах, которые испытывали анты в начали войны. Далее, вновь позволю себе цитату из моего «Аварского цикла»: «Анто-аварскую войну обычно датируют около 560-561 гг. Скорее всего, анты выступили на стороне утигуров, которые также, как и анты были союзниками Империи. Война как-то сразу не заладилась. Оседлым земледельцам украинской лесостепи, не имевшим серьезных укреплений, было сложно отражать атаки мобильных отрядов всадников, к тому же опытных воинов. Кроме того, война продолжалась скорее всего зимой, когда лес также не мог укрыть антов от врагов. Анты терпели поражение и были вынуждены пойти на переговоры. Главным переговорщиком был назначен Мезамир, брат Келагаста и сын Идаризия. Так его представляют ромейские хроники, а значит в Империи хорошо знали и брата, и отца Мезамира. Все говорило о том, что у антов уже сформировалась родовая знать. Хотя это семейство было еще не было «риксами» с наследственной властью, но явно много лет представляла Антский племенной союз на международной арене. Мезамир как переговорщик избрал тактику нападения. Он вел себя дерзко и вызывающее, чем озадачил Баяна, считавшего, что к нему прошли умолять о мире. По всей видимости, Мезамир стал даже угрожать аварам. Причем, самое интерсное, что у него были какие-то основания для такой самоуверенности. Вероятно, в боевых действиях были задействованы силы далеко не всех антских племен и переговоры были необходимы для того, что выиграть время. Вероятно, анты также рассчитывали на поддержку Юстиниана. Во всяком случае, некий загадочный советник Баяна, кутригур (сам Заберган, скорее всего), вдруг рекомендовал казнить антского парламентера, так как он реально представлял для аваров серьезную опасность лишь самим фактом своего существования. Баян, раздраженный столь нетипичным для жертв его нападений, поведением послушал совета. Мезамир был казнен, а анты потеряли признанного лидера. Впрочем, война так и не была завершена. Авары предпочли прекратить боевые действия».
Тюрки к этому времени подкрались совсем близко. Ситуация стала опасной для аваров. Поэтому те поспешили бросить свои завоевания и удрать подальше, под защиту Карпатских гор. Там они начали сколачивать новую империю, подчинив гепидов и множество словенских племен и достигли невероятных успехов в деле высасывания золота из Константинополя.
А анты остались на своих землях и выпали на время из истории. Империя после смерти Юстиниана погрузилась в полный хаос. Императоры сменяли друг друга. Их сковывала война с персами на Ближнем Востоке и постоянные набеги аваров на Балканах. Лангобарды вдруг обрушились на Италию и отняли все завоеванное с таким трудом. А на престоле сидел не самый лучший император в римской истории – племянник Юстиниана Юстин II (565-577 гг.), сделавший все возможное для того, что Империю окружили враги со всех сторон.
Можно только строить предположения о том, как складывались отношения антов с соседями. Авары были безусловно врагами. На этом фоне логично было бы предполагать, что с тюрками, которые прибирали степи Волго-Донского междуречья и Предкавказья, отношения должны были стать более дружественными (в новой реальности без сильных друзей было жить нельзя). С Империей все было сложнее. Титул «Антский» исчезает из официального звания императора. В военных трудах того времени, как отмечает С.В Алексеев, анты выступают в качестве потенциальной угрозы. Хотя, в масштабном нашествии словен на Балканы в 577 или 578 г. они не принимали участия. В том же году императором стал Тиверий (577/578-582 гг.), который ничего лучше не придумал, как заключить соглашение с аварами и их силами разгромить словенские тылы за Дунаем. Это настроило против него не только антов, но и тюрок, которые представляли реальную угрозу, начав войну в Северном Причерноморье, которая добила античные центры на Боспоре.
Со смертью Тиверия, при новом императоре Маврикии (582-602 гг.), который сумел на время переломить ход борьбы с аварами, отношения Империи с антами нормализовались. Тюрки в это время начали резать друг друга за право возглавить Вечный Эль – исполинскую евразийскую империю от Дона до Тихого океана, так что, антам нужно была реальная поддержка перед угрозой возвращения аваров в Причерноморье (угроза такая была вполне реальной, ввиду того, что всадники кагана фактически контролировали Нижнее Подунавье). Уже в 582 г., еще будучи кесарем-соправителем Тиверия, Маврикий возвращает титул «Антский», что указывает на возрождение союза Империи с далекими антами. Как справедливо отмечает С.В. Алексеев, это было закономерным итогом развернувшейся войны ромеев с аварами.
Обновленная дружба зашла так далеко, что впервые за десятилетия союза, в 583 г. анты по просьбе императора напали на его врагов – дунайских словен. Фракию разоряли словене, задружившиеся внезапно с аварами против Маврикия. Их многотысячные отряды, возглавляемые «таксиархом» (воеводой, значит) Ардагастом угрожали самой столице Империи. Маврикию нужно было вновь создать угрозу их собственным землям, чтобы увести с Балкан. Далее вновь цитата: «Многие годы анты оказались лишены возможности улучшать свое материальное положение за счет Константинополя, между тем у словен даже после разорительного вторжения Баяна должно было оставаться много богатств (тем более, что часть добычи 581-583 гг. должна была быть переправлена за Дунай). В общем, анты впервые решили честно отработать свой союз с Империей. Иоанн Эфесский говорит о «подчинении» страны словен, о ее разорении, анты «вывезли добро ее и выжгли все»». Однако, затея провалилась. Словене не покинули Фракию. Даже после того, как каган заключил временный мир с Маврикием, отряды Ардагаста продолжали боевые действия.
Превосходство аваро-словенских отрядов на Балканах было обусловлено в значительной степени тем, что ромейские армии были скованы перманентной войной с персами. Как только появилась возможность перебросить в Европу значительные силы, Маврикий организовал отпор по всем направлениям. Первые неудачи сменились грандиозными успехами. Под командованием опытных стратегов, среди которых выделяется Приск, ромейские армии начинают вторгаться в словенские земли, берут под контроль дунайскую границу и разоряют самое сердце Аварского каганата. В ходе развернувшихся боев за Дунаем словене понесли невосполнимые потери: Ардагаст был ранен в бою, бежал и исчез со страниц истории, был пленен «рикс словен» Мусокий, верховный вождь дунайских словен, сменивший Ардагаста «воевода» Пейрегаст погиб. Дунайские словене оказались обезглавлены.
Анты в этих событиях участия не принимали, но это войны докатилось и до них. Терпя одну неудачу за другой, аварский каган решил поправить свое положение за счет ромейских союзников. Вдруг, ни с того, ни с сего, он отправил армию под командованием одного из своих самых эффективных командиров – Апсиха – против антов. Поводом для этого стало очередное нападение ромеев на дунайских словен, которых старый каган считал своими подданными (сами словене, судя по всему, придерживались иного мнения), или болгар, кочевавших там же. Каган приказал Апсиху выступить против далеких антов и истребить этот народ. Баяну в это время должно было быть уже около 75-90 лет. В ходе последних войн с Империей он потерял по разным причинам одиннадцать сыновей за несколько лет. Старый правитель вероятно немного стал терять связь с реальностью. Во всяком случае, авары восприняли его приказ примерно так: «При таких обстоятельствах авары в большом числе отпали и спешно, как перебежчики, перешли на сторону императора. Слухи об этом привели кагана в замешательство; его охватил страх, он и упрашивал их и придумывал много различных средств, чтобы вернуть себе назад отпавшие силы». Эти события относятся к 602 г.
Правление Маврикия подарило Империи новую надежду на восстановление порядка, но все рухнуло в одночасье. Вскоре в дунайской армии вспыхнул мятеж. Недовольные солдаты не пожелали выполнять приказ Маврикия зазимовать на словенских землях за Дунаем. Мятежники выступили на Константинополь, провозгласив императором своего вожака – Фоку, «худшего императора» в истории Второго Рима. Империя едва пережила эти события. Маврикий и его семья были убиты. Персы захватили почти все азиатские провинции. Уход армии с Дуная открыл дорогу словенам и аварам, которые тысячами хлынули в балканские провинции, осваивая новые земли. И это последнее упоминание антов в источниках.
Продолжение следует...
Tags: Рим и варвары, авары, анты, болгары, славяне, словене, тюрки
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments